ff569526

Крон Рольф - Врач



Рольф КРОН
ВРАЧ
Вдали ревет тукус. Дрожь пробирает при мысли, что этот кошмарный
зверь может оказаться в круге света, который бросает моя лампа. Мохнатый
загребущий хобот, два острых, как кинжалы, рога, торчащих во лбу - на этот
лоб с силой шмякается захваченная хоботом жертва - и, наконец, желтые
клыки! Но тукус боится приблизиться. Огни на сторожевых башнях и
монотонные крики легионеров отпугивают его.
Мы не беззащитны. Оптим Тавр уже убил трех таких хищников, да и
другие охотники время от времени их убивают... Мне кажется, бестии
начинают нас избегать.
Весна в этом году поздняя, но вот уже несколько дней дует ласковый
южный ветерок, приносящий пряный запах кустов цисталлы. Цветы их,
огромные, темно-голубые и чужие, почему-то напоминают мне родину, сады и
фруктовые рощи Испании. Наверно, потому, что весна. Наступает седьмое
лето...
Страх остался позади, погребен в наших душах, вытеснен любопытством -
жизнь берет свое. Давно уже все вернулось на круги своя, все привычно, все
как раньше. Днем вряд ли кто думает о случившемся, а вот ночью... Я, Сабин
Юлий, вольноотпущенник и бывший врач великого Юлия Цезаря, знаю, что эта
весна - последняя в моей жизни. Кассия пытается переубедить меня, другие
ничего не замечают. Но я - врач, а врач должен знать, когда пробьет его
последний час; иначе он не врач, а шарлатан. Я достаточно долго учился в
Пергаме.
Слабость заполняет мои вены свинцом, парализует сухожилия, лишает
воли. От чего это - от болезни, от старости, от отравления ядовитым
растением, проглоченным ненароком? Какая разница! И если я хочу сказать об
этом перед смертью, то надо говорить сейчас. Убежден: молчать больше
нельзя. Семи лет молчания более чем достаточно.
Я выхожу на террасу, жадно вдыхаю запахи ночи. Мой взор обращен в
небо, на красный серп луны. Что нас ждет в будущем? Возможно ли
возвращение? Может быть, надо было всем сказать об этом раньше? Вопросы
без ответа.
Ужасно, что нельзя ни с кем об этом поговорить: теперь-то я знаю,
почему он советовал мне забыть обо всем. Но даже если я нарушу свое
обещание и расскажу всем - кто найдет выход? Никто. Безнадежность только
усилится. Лучше, если никто об этом ничего не узнает. Иногда полезно о
чем-то не знать. Каждому врачу известно это правило. Но тогда и внуки, и
правнуки тоже ничего не будут знать? Что есть сие правило перед судом
истории? Не назовут ли меня потомки трусом?
Есть и третий путь. Я заведую архивом храма Юпитера. Можно, например,
описать свои злоключения и запрятать эти воспоминания среди бумаг.
Когда-нибудь их прочитают и... посчитают выдумкой. Сегодня мне бы
поверили, но те, кто придет после, не знают меня. Есть ли смысл? Надо все
продумать.
Снова слышится рычание тукуса в ущелье Белых гор. Мне кажется, что он
удаляется (хотя, по неопытности, я могу и ошибаться); наверное, хищник
убедился: здесь легкой добычи не будет. Утром охотники отправятся искать
его следы. Отварное мясо тукуса - лучший из деликатесов, но зверь опасен,
как целая стая германских волков.
Усталость во мне и сильна, и слаба одновременно - противоборствуют
интерес к жизни и бремя прожитых лет. Лечь спать? Но когда я лежу без сна.
Кассия просыпается. Пусть хоть она отдохнет. Малыши Юлий и Атилия
доставляют ей кучу хлопот. А утром наш дом снова будут осаждать больные.
Пока она единственная моя помощница - Кесонию еще долго учиться. Он,
однако, не глуп... Было бы лучше, если бы сын унаследовал мои знания, но
чувствую - время не ждет. Пусть моим пре



Назад