ff569526

Кубелка Сюзан - Офелия Учится Плавать



СЮЗАН КУБЕЛКА
ОФЕЛИЯ УЧИТСЯ ПЛАВАТЬ
Аннотация
Оглушительный успех пришел к австрийской писательнице Сюзан Кубелке после первого же ее романа «Наконецто за сорок». За первой книгой последовали и другие: «Офелия учится плавать» и «Мадам придет сегодня позже».
Кубелка описывает любовные приключения Офелии — «молодой женщины за сорок лет», как ее представляет автор, с фривольным шармом, обезоруживающей искренностью и жизненным опытом. Этот очень женский роман — чтение легкое, захватывающее и небесполезное…
* * *
В Париже постели мягче, чем у нас дома в Канаде. Кровати в Париже шире, одеяла легче, подушки воздушнее, а простыни шелковистее, чем в любом другом месте, будь то Торонто, Цюрих, НьюЙорк или Вена.

Причина легко объяснима: французы более худощавые, чем немцы, ниже ростом, чем американцы, более притязательны, чем канадцы, и жалостливей швейцарцев. Они меньше обросли жиром, и неудивительно, что свой чувствительный зад они с удовольствием укладывают на мягком.
Французы ненавидят жесткие матрасы, к тому же они неохотно спят в одиночестве. И вот они придумали мягкое, сладострастное спальное ложе, эту восхитительную, незаменимую большую кровать, которая вместе с коньяком и шампанским, Шопеном и шабли, импрессионистами, дворцами на Луаре, Колетт и самолетом Конкорд значительно украсила мир.
Впрочем, что я все о кроватях! Парижские диваны тоже недурны. Вот сейчас я лежу на великолепном диване в стиле ампир, обтянутом плотным желтым шелком, левая рука небрежно откинута на изогнутую спинку, а голова удобно покоится на горе яркожелтых подушек.

И если я, не спеша, пройдусь по себе взглядом сверху вниз, начиная от непокорных рыжих локонов, по груди, талии, бедрам, ляжкам, вплоть до маленьких ухоженных пальчиков на ногах, полюбуюсь своими стройными ногами на блестящем шелке, не говоря уж о чулках, тончайших, в маленькую черную точку (это называется мушки, последний крик моды в Париже), то потом я лишь в замешательстве покачаю головой и с чистой совестью смогу заявить: в моей жизни бывали времена куда хуже.
Моя мать, правда, утверждает, что я родилась в сорочке. Красота, богатство, успех, популярность — все это судьба бросит к моим ногам. Но мне слишком долго пришлось ждать подтверждения ее слов, настолько долго, что я почти перестала верить.

Однако пару недель тому назад дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки. Произошли невероятные вещи, и поэтому я не торчу, как обычно в это время года, дома в Канаде, во льдах и в снегу при морозе — 20°, а возлежу здесь, в Париже, на своем диване, в роскошном салоне, который сделал бы честь самому президенту Франции. И это, мои дорогие, всего лишь начало!
Я, между прочим, остановилась не в отеле. О нет! В моем распоряжении собственные апартаменты, с шестью большими комнатами и окнами до пола.

Париж у моих ног, в самом буквальном смысле слова. Вид просто грандиозный.
Прямо передо мной, на довольно большом расстоянии, но отчетливо различим, знаменитый собор СакреКер, словно покрытый белой сахарной глазурью. Слева, так близко, что, кажется, можно дотянуться рукой, мощный купол Пантеона.

Между ними — море живописных серых крыш, с крутыми мансардами, маленькими садиками, цветочными горшками, трубами и комнатами для прислуги, чужой и волнующий мир. От одного созерцания этого сумбура на фоне лазурноголубого весеннего неба начинает учащенно биться сердце. Ведь уже апрель, и вовсю светит солнце.
Меня зовут Офелия, и я родом из ПортАльфреда, расположенного в красивой провинции Квебек. Как все жители фр



Назад